ДЕВИЦА, МАТРОС И СТУДЕНТ 3 страница

Предыдущая35363738394041424344454647484950Следующая

(Горячо.)

Я готова,

на все готова!

(Встает.)

ДОН ПЕДРО

(тоже встает, восторженно)

И такой тебя

рад видеть я, прелестная Марьяна!

Друзья придут к нам: веру ты вдохни

в лицо свое и пламенные очи.

(Нежно.)

На шее, озаренной лунным светом...

За сценой шум дождя и вой ветра. Марьяна жестом просит Педро замолчать.

КЛАВЕЛА

(входит)

Сеньора... Мне послышалось, стучат.

Дон Педро и Марьяна принимают бесстрастную позу.

(Дону Педро.)

Дон Педро!..

ДОН ПЕДРО

(спокойно)

Бог храни тебя.

МАРЬЯНА

Ты знаешь,

кто к нам придет?

КЛАВЕЛА

О да, сеньора, знаю!

МАРЬЯНА

Пароль ты помнишь?

КЛАВЕЛА

Помню, не забыла.

МАРЬЯНА

Не отворяй, пока не поглядишь

в дверную щель.

КЛАВЕЛА

Я так и поступлю,

сеньора.

МАРЬЯНА

Свет не зажигай пока,

но в патьо приготовь ночник

и в сад окно закрой.

КЛАВЕЛА

(уходя)

Сейчас.

МАРЬЯНА

А сколько их придет?

ДОН ПЕДРО

Немного.

Лишь главари.

МАРЬЯНА

С вестями?

ДОН ПЕДРО

Мы должны

их получить с минуты на минуту.

И если наконец восстать

пришла пора, тогда сейчас же

мы обо всем условимся.

МАРЬЯНА

Молчи!

(Жестом предлагает дону Педро замолчать,

прислушивается.)

За сценой шум дождя и ветра.

Вот и они!

ДОН ПЕДРО

Точны, как подобает

всем верным патриотам. Вот увидишь:

решительные люди!

МАРЬЯНА

Помоги

нам всем, Господь!

ДОН ПЕДРО

Поможет!

МАРЬЯНА

Если только

к нам обратит Свой взор.

(Марьяна подходит к двери и приподнимает большой

занавес в глубине сцены).

Прошу, сеньоры!

Входят три кабальеро в широких серых плащах. Марьяна и дон Педро приветливо

их встречают. Кабальеро подают руку Марьяне и дону Педро.

МАРЬЯНА

(протягивает руку первому заговорщику)

Рука у вас холодная!

ПЕРВЫЙ ЗАГОВОРЩИК

(у него открытый взгляд)

Да, холод

такой, что режет. Я забыл перчатки.

У вас здесь хорошо, тепло!

МАРЬЯНА

А дождь

как из ведра.

ТРЕТИЙ ЗАГОВОРЩИК

Наверно, Сакатин

совсем непроходим.

Заговорщики снимают плащи и стряхивают с них капли дождя,

ВТОРОЙ ЗАГОВОРЩИК

(меланхолично)

Роняет дождь

хрустальной ивой на дома Гранады

свои прозрачные живые ветви.

ТРЕТИЙ ЗАГОВОРЩИК

И Дарро катит мутную волну.

МАРЬЯНА

Вас видели?

ВТОРОЙ ЗАГОВОРЩИК

О нет, сюда пришли мы

поодиночке! Мы сошлись в начале

безмолвной этой улицы.

ПЕРВЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Ну как:

известья есть, чтоб нам принять решенье?

ДОН ПЕДРО

Даст Бог, придут они сегодня ночью.



МАРЬЯНА

Потише говорите.

ПЕРВЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Почему,

донья Марьяна? Все кругом спокойно

спит в этот час.

ДОН ПЕДРО

Мне кажется, что здесь

мы в безопасности.

ТРЕТИЙ ЗАГОВОРЩИК

Не говори:

Педроса все не прекращает слежку

за мной; хоть я провел его искусно,

он все же начеку и, видно, что-то

подозревает.

Один заговорщик садится, другие продолжают стоять, образуя красивый эстамп.

МАРЬЯНА

Здесь он был вчера.

Кабальеро жестами выражают недоумение.

В приеме я ему не отказала.

И он повел учтивый разговор:

хвалил наш город, дружбу предлагал мне,

но на меня смотрел таким он взглядом...

таким пронзительным... как будто все

ему давно уже известно стало.

(Значительно.)

И так весь вечер вел борьбу глухую

с моими он глазами. О, я знаю,

что он на все способен... да, на все.

ДОН ПЕДРО

Не может быть, чтоб он подозревал...

МАРЬЯНА

Я неспокойна. Говорю все это

я для того, чтоб с большею опаской

вы здесь вели себя, друзья мои.

Когда я ночью закрываю окна,

мне кажется, что он стоит и смотрит.

ДОН ПЕДРО

(смотрит на часы)

Двенадцатый в начале. Эмиссар

теперь, наверное, уж близко.

ТРЕТИЙ ЗАГОВОРЩИК

(тоже смотрит на часы)

Да,

недолго ждать осталось.

ВТОРОЙ ЗАГОВОРЩИК

Дай-то Бог!

Мне целым веком кажется мгновенье.

Входит Клавела с подносом, на котором стоят высокие бокалы из граненого

хрусталя и графин с красным вином. Все это она ставит на столик, Марьяна о

чем-то говорит с нею.

ДОН ПЕДРО

Друзей, конечно, всех предупредили?

ПЕРВЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Ну да, конечно. Соберутся все.

И все зависит от того, что скажут

нам нынче.

ДОН ПЕДРО

Положенье создалось

серьезное, но все ж его прекрасно

использовать мы можем...

Клавела уходит. Марьяна задергивает занавес.

Надо все

нам до мельчайших изучить деталей.

Народ откликнется, не сомневаюсь:

в Андалузйи даже самый ветер

сейчас свободой дышит; это слово

благоухает в сердце городов,

от старых желтых башен до стволов

масличных рощ... А в Малаге весь берег

людьми усеян, что решили твердо

поднять восстанье: рыбаки из Пало,

матросы и дворянство родовое.

Примкнут такие города, как Нерха

и Белее, где, дрожа от нетерпенья,

все ждут вестей. Примкнет к нам люд

скалистых

утесов и морей открытых - вольный,

как ветер. Альхесирас ждет давно

лишь случая, в Гранаде много знатных

дворян, как вы, готовых жизнь отдать

за счастье родины и за свободу.

Ах, я горю от нетерпенья!

ТРЕТИЙ ЗАГОВОРЩИК

Так же

горят все истинные либералы.

МАРЬЯНА

(робко)

И к вам примкнут другие?

ДОН ПЕДРО

(убежденно)

Целый мир!

МАРЬЯНА

А страх не помешает им?

ДОН ПЕДРО

(сухо)

О нет!

МАРЬЯНА

На Аламеде дель Салон

сейчас не встретишь никого,

кафе Звезды давно пустует...

ДОН ПЕДРО

(восторженно)

Марьяна! Знамени тому,

что ты нам вышила, король

Фернандо сам почет окажет,

как ни беснуйся Каломарде.

ТРЕТИЙ ЗАГОВОРЩИК

Исчерпав средства все, конечно, сдастся

войскам он либералов. Хоть и любит

он притворяться, будто слаб и хил,

а все решает сам...

МАРЬЯНА

Но камарилья

в стране всем правит, говорят...

ТРЕТИЙ ЗАГОВОРЩИК

Куда же

пропал гонец?

ДОН ПЕДРО

(с тревогой)

И я не понимаю.

ТРЕТИЙ ЗАГОВОРЩИК

Его, быть может, задержали?

ПЕРВЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Нет, мало вероятья. Дождь и тьма

ему защитой служат, да к тому же

он малый ловкий.

МАРЬЯНА

К счастью, вот и он!

ДОН ПЕДРО

И наконец мы что-нибудь узнаем.

Все встают и направляются к двери.

ТРЕТИЙ ЗАГОВОРЩИК

Добро пожаловать, коли приносишь

ты вести добрые.

МАРЬЯНА

(страстно, дону Педро)

О, хоть немного

подумай, Педро, обо мне! Прошу,

будь крайне осторожен. Видишь,

я говорить не в силах от волненья.

В дверях появляется четвертый заговорщик. Это рослый мужчина, по-видимому, из богатых крестьян, одет в костюм простолюдина той эпохи. На нем остроконечная шапка с бархатными полями и шелковыми кистями, куртка с вышивками и аппликациями из разноцветного сукна на локтях, рукавах и воротнике, брюки для верховой езды с филигранными пуговицами и кожаные гетры, открытые с боков так, что видны голые ноги. На лице отпечаток молодой, тихой грусти. Все действующие лица толпятся около входной двери. Марьяна не может скрыть своей тревоги. Она смотрит то на вновь прибывшего, то на дона Педро встревоженно и пытливо.

ЧЕТВЕРТЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Привет вам, кабальеро. Вам привет,

донья Марьяна!

(Пожимает руку Марьяне.)

ДОН ПЕДРО

(нетерпеливо)

Говори скорее,

какие новости?

ЧЕТВЕРТЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Такие ж

дурные, как погода.

ДОН ПЕДРО

Что случилось?

ПЕРВЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Я, кажется, догадываюсь.

МАРЬЯНА

Педро,

скажи, ты очень опечален?

ДОН ПЕДРО

А где ж отряд из Кадиса?

ЧЕТВЕРТЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Не ждите.

Нам нужно начеку быть: власти

повсюду ищут нас, придется

теперь нам отложить восстанье

или в бою кровавом пасть.

ДОН ПЕДРО

(в отчаянии)

Не знаю, что и думать; рана

открылась у меня в груди,

и ждать не в силах я, сеньоры.

ТРЕТИЙ ЗАГОВОРЩИК

(твердо)

Дон Педро, победим мы, выжидая.

ЧЕТВЕРТЫЙ ЗАГОВОРЩИК

(твердо)

Без пользы умирать никто не хочет.

ДОН ПЕДРО

(так же твердо)

Мне это стоит тяжкого страданья.

МАРЬЯНА

(испуганно)

Прошу вас, тише!

(Ходит по комнате.)

ЧЕТВЕРТЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Вся теперь Испанья

молчит, и что ж? Взгляни: она жива.

Храни, как прежде, наше знамя.

МАРЬЯНА

Я решилась отослать его к старинной

подруге, что живет в Альбайсине,

и вот дрожу: пожалуй, здесь оно

сохранней было б.

ДОН ПЕДРО

В Малаге что слышно?

ЧЕТВЕРТЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Ах, в Малаге - там просто ужас!

Позор Гонсалесу Морено!

Не описать всего, что там случилось...

Мучительное ожидание. Марьяна, сев на софу рядом с доном Педро, с напряженным вниманием слушает рассказ четвертого заговорщика.

Торрихос - храбрый генерал

с челом возвышенным и чистым,

где мог, как в зеркале, себя

узреть народ Андалузии,

отважнейший, чистейший рыцарь,

с душой из серебра - убит

в полночный час на берегу

близ Малаги глухой и дикой.

Его обманом завлекли:

он, на беду свою, явился

туда, поверив обещаньям,

и корабли привел свои.

О, горе доблестным сердцам,

готовым верить злобе низкой!

Едва на берег он ступил,

его схватили роялисты.

Виконт презренный де ла Барт,

ты был над ними командиром,

зачем ты не отрезал руку

себе, зачем так вероломно

ты у героя отнял шпагу?

(Такой не сыщешь в целом мире:

из хрусталя ее эфес,

две ленты вкруг него обвиты.)

В тот миг на небе встали тучи

и шумным пролились дождем.

На море ветер поднял бурю,

и вдаль уплыли корабли,

спеша волну веслом разрезать

и паруса поднять свои.

Как глухо залпы прозвучали

средь воя волн, седых, сердитых!

И мертвым он на землю пал...

О, храбрый рыцарь! Вместе с ним

вся полегла его дружина!

И даже смерть, как ни сильна,

его улыбку не убила.

На кораблях в тот час рыдали,

на вантах стоя, моряки,

и много женщин в траур черный

красу печально облекли.

И в горы рощею лимонной,

рыдая, горе понесли.

ДОН ПЕДРО

(выслушав рассказ, встает)

Опасность эта силу придает мне.

Сеньоры, будем продолжать борьбу!

Торрихос мертв, но смерть его

зовет меня к борьбе...

ПЕРВЫЙ ЗАГОВОРЩИК

И мне

так кажется.

ЧЕТВЕРТЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Но только надо

немного выждать. Знаю я,

придет другое время...

ВТОРОЙ ЗАГОВОРЩИК

(с тихой грустью)

Ах,

как далеко оно!

ДОН ПЕДРО

Уверен

в одном я: не иссякнут силы

во мне...

МАРЬЯНА

(тихо, дону Педро)

Клянусь тебе я, Педро,

пока жива я...

ПЕРВЫЙ ЗАГОВОРЩИК

А теперь идем?

ТРЕТИЙ ЗАГОВОРЩИК

Нам спорить больше не о чем. Ты прав.

ЧЕТВЕРТЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Я только это должен был сказать вам

и больше ничего.

ПЕРВЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Нельзя никак

нам падать духом.

МАРЬЯНА

Может быть, хотите

бокал вина?

ЧЕТВЕРТЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Вот это очень кстати.

ПЕРВЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Охотно принимаем предложенье.

Заговорщики встают и поднимают бокалы.

МАРЬЯНА

(наливая вино)

Ужасный дождь!

За окном слышен шум дождя.

ПЕРВЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Дон Педро так печален!

ЧЕТВЕРТЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Как все мы здесь.

ДОН ПЕДРО

Да, правда, и, признаться,

есть от чего!

МАРЬЯНА

И все же, несмотря

на тяжкие гоненья и на то,

что есть причины для такой печали, -

(поднимая бокал)

"По лунной дороге - на вахту, моряк!" -

такая существует поговорка

у моряков на Средиземном море, -

теперь на вахту станем также мы.

(Как бы во сне.)

"По лунной дороге - на вахту, моряк!.."

ДОН ПЕДРО

(с бокалом в руке)

Дома пусть наши станут кораблями.

Пьют. Пауза. Раздаются негромкие удары дверного молотка. Все с бокалами в

руках застывают на месте.

МАРЬЯНА

Окно захлопнул ветер.

Новый удар молотка.

ДОН ПЕДРО

Нет, Марьяна,

ты слышишь?

ЧЕТВЕРТЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Что за поздний гость?

МАРЬЯНА

(в сильном волнении)

Создатель!

ДОН ПЕДРО

Не бойся. Вот увидишь - пустяки!

Встревоженные заговорщики стоят, укутавшись в плащи.

КЛАВЕЛА

(почти задохнувшись от быстрого бега)

Сеньора, у дверей Педроса, с ним

еще каких-то двое, все - в плащах...

МАРЬЯНА

(властно)

Спасайся, Педро... и вы все! О Дева

Пречистая! Скорей!

ДОН ПЕДРО

(в смущении)

Идем?

Клавела убирает бокалы и гасит канделябры.

ЧЕТВЕРТЫЙ ЗАГОВОРЩИК

Нам стыдно

ее оставить!

МАРЬЯНА

(Педро)

Уходи.

ДОН ПЕДРО

Но как?..

МАРЬЯНА

(в отчаянии)

Да - как?!

КЛАВЕЛА

Опять стучат.

МАРЬЯНА

(вдруг просияв)

Сюда! Сюда!

Через окно ты на площадку эту

свободно спрыгнешь. Рядом кровля:

по ней ты спустишься.

ВТОРОЙ ЗАГОВОРЩИК

Нельзя

ее одну оставить нам.

ДОН ПЕДРО

(решительно)

Так надо!

Что скажем мы, когда нас здесь найдут?

МАРЬЯНА

Да, да, ступай скорей, спасайся!

ДОН ПЕДРО

(страстно)

Прощай, Марьяна!

МАРЬЯНА

Бог храни вас всех,

друзья мои!

Заговорщики быстро уходят в дверь направо. Клавела припала к щели в

балконном жалюзи.

(В дверях.)

Ты, Педро, и вы все:

смотрите, будьте осторожны!

(Затворяет дверь, через которую прошли заговорщики, и задергивает занавес. С

большим подъемом.)

Открой, Клавела! К конскому хвосту

меня теперь на муку привязали!

Клавела уходит.

(Быстро направляется к фортепьяно.)

Создатель мой! Ты вспомни путь Свой

крестный

и кровь, что капала из ран Твоих!

(Садится за фортепьяно и запевает романс о контрабандисте: оригинальная

музыка Мануэля Гарсиа, 1808 год.)

Я веселый контрабандист,

избалованный вечной удачей.

Вызываю на бой я весь мир,

и никто мне не страшен на свете.

Притомился ретивый мой копь,

но вдали я слышу погоню, -

уноси ж меня, верный мой друг,

облекаться мне в саван не время.

А погоня все ближе, и вот -

завязалась в ночи перестрелка.

Что с тобою, любимый мой конь,

конь мой быстрый, лихой и верный?

(Поет этот романс с подлинным трагизмом, прислушиваясь к шагам Педросы на

лестнице.)

Занавес в глубине сцены поднимается, входит насмерть перепуганная Клавела. В одной руке у нее канделябр, другая рука прижата к сердцу. За ней идет закутанный в черный плащ Педроса. Он сухощав, поражает своей бледностью и невозмутимым спокойствием. Произносит свои реплики с хорошо затаенной иронией и зорко оглядывается по сторонам, сохраняя, однако, внешнюю корректность. Производит явно неприятное впечатление. Актер, исполняющий эту роль, должен, однако, всячески избегать шаржа. При появлении Педросы Марьяна встает из-за фортепьяно. Пауза.

МАРЬЯНА

Войдите!

ПЕДРОСА

(приближаясь к ней)

Я прошу мою сеньору

не прерывать из-за меня веселой

той песенки, что слышал я, входя.

МАРЬЯНА

(силясь улыбнуться)

Мне показалась ночь такой печальной...

Я стала петь...

ПЕДРОСА

А я заметил свет

в окне балконном и решил зайти.

Простите, если вам я помешал...

МАРЬЯНА

Сеньор, напротив, я вам очень рада!

ПЕДРОСА

Ужасный дождь!

Пауза. Вообще эта сцена должна прерываться паузами и внезапный длительным молчанием, когда действующие лица вступают между собой в отчаянную борьбу. В ней много тонких переходов: актеры, исполняя ее, должны всячески избегать утрировки, способной повредить искренности переживаний. Надо сделать так, чтобы зрители особенно живо воспринимали подтекст. Удачно воспроизведенный и не слишком шумный дождь время от времени должен заполнять драматические паузы.

МАРЬЯНА

(значительно)

Наверно, очень поздно?

Пауза.

ПЕДРОСА

(пристально смотрит на нее; также значительно)

Да, очень поздно. Только что часы

одиннадцать пробили.

МАРЬЯНА

(спокойно, жестом предлагая Педросе сесть)

Не слыхала.

ПЕДРОСА

(садясь)

Их бой донесся до меня, когда

я улицы ночные обходил.

Промок я до костей; бороться трудно

с холодным ветром, веющим с Альгамбры.

МАРЬЯНА

(вполне овладев собой, значительно)

Да, ветер ледяной вонзает иглы

нам в легкие, а иногда и в сердце.

ПЕДРОСА

(парирует удар)

Вот именно. Я должен был исполнить

обязанность тяжелую свою...

А вы меж тем, прелестная Марьяна,

вы у себя, укрытая от ветра,

плетете кружево... иль вышиваньем

вы заняты?..

(Как бы припоминая.)

Мне говорили, вы...

прекрасно вышиваете.

МАРЬЯНА

(испуганно, но все же сохраняя спокойствие)

А разве

большой в том грех?

ПЕДРОСА

(делает отрицательный жест рукой)

О нет! Король, сеньор наш, -

храни Господь его! - так развлекался

в те дни, когда в плену жил в Балансе

он с дядюшкой, инфантом дон Антоньо.

Занятье превосходное.

МАРЬЯНА

(в сторону)

Создатель!

ПЕДРОСА

Вас удивляет мой визит?

МАРЬЯНА

(силясь улыбнуться)

О нет!

ПЕДРОСА

(сурово)

Марьяна!

Пауза.

Женщине такой прекрасной,

как вы, ужель не страшно жить одной?

МАРЬЯНА

Не страшно, нет!

ПЕДРОСА

(значительно)

Так много либералов

и анархистов здесь у нас в Гранаде,

что людям честным трудно стало жить.

(Твердо.)

Уж вы-то знаете!

МАРЬЯНА

(с достоинством)

Сеньор Педроса,

я мать семейства - больше ничего.

ПЕДРОСА

(улыбаясь)

А я - судья. Вот почему тревожит

меня все это. И меня, Марьяна,

должны простить вы. Месяца уж три,

как голову я потерял совсем:

все не могу поймать я вожака

одной из групп...

Пауза. Марьяна играет своим кольцом, едва сдерживая тревогу и негодование.

(Как бы припоминая, холодно.)

Его зовут дон Педро...

Сотомайор.

МАРЬЯНА

Уехал, вероятно,

давно он из Испании.

ПЕДРОСА

О нет!

Но я его схватить надеюсь скоро.

При этих словах Марьяна едва не лишается чувств. Она роняет кольцо, точнее,

она сама его бросает, чтобы дать другое направление разговору.

МАРЬЯНА

(приподнимаясь)

Мое кольцо!

ПЕДРОСА

Упало?

(Значительно.)

Осторожней!

МАРЬЯНА

(нервно)

Да, обручальное мое кольцо.

Не двигайтесь, не то его ногою

раздавите.

(Ищет.)

ПЕДРОСА

Оно прекрасно!

МАРЬЯНА

Незримая рука его как будто

сняла и на пол бросила.

ПЕДРОСА

(холодно)

Глядите...

(Указывает на то место, где лежит кольцо.)

Оба подходят к авансцене.

Вот где оно!

Марьяна наклоняется за кольцом раньше, чем Педроса; последний оказывается рядом с ней и, когда она выпрямляется, вдруг сжимает ее в своих объятиях и целует.

МАРЬЯНА

(вскрикивает и вырывается)

Педроса!

Пауза. Марьяна плачет гневными слезами.

ПЕДРОСА

Успокойтесь,

моя сеньора Мариана!

МАРЬЯНА

(продолжая отчаянную борьбу,

хватает Педросу за край одежды)

Что

подумали вы обо мне, скажите?

ПЕДРОСА

(невозмутимо)

Я? Многое.

МАРЬЯНА

Разубедить мне вас

легко. Зачем вы шли сюда, скажите?

О, знайте, никого я не боюсь

и, как вода, чиста я от рожденья.

Могу я загрязниться, если только

ко мне вы прикоснетесь. Защититься

сумею я. Ступайте прочь отсюда!

ПЕДРОСА

(властно и гневно)

Молчите.

Пауза.

(Холодно.)

Я хочу быть вашим другом,

за посещенье это вы должны

меня благодарить.

МАРЬЯНА

(вне себя от негодования)

Могу ли

позволить, чтоб меня вы оскорбляли,

чтоб в дом ко мне врывались поздно ночью?

И для чего ж? Вы негодяй!.. Не знаю...

(Другим тоном.)

Меня хотите погубить вы?

ПЕДРОСА

(мягче)

Нет.

Узнайте все. Я жизнь пришел спасти вам.

МАРЬЯНА

(резко)

Я не нуждаюсь в вас.

Пауза.

ПЕДРОСА

(подходит к ней; властно, с злой усмешкой)

Марьяна, слушай!

А знамя?

МАРЬЯНА

(смущенно)

Знамя?..

ПЕДРОСА

То, что ты сама

рукою белою своею вышивала,

(берет ее за руки)

нарушив верность королю, законам...

МАРЬЯНА

(порывисто)

Какой наглец налгал вам так?

ПЕДРОСА

(с деланным равнодушием)

Прекрасно

так вышито! Вдоль по тафте лиловой

из букв зеленых надпись. А нашли

его в одном дому мы в Альбайсине.

Оно теперь в моих руках, а с ним

и жизнь твоя. Но не страшись и знай;

тебе я друг.

МАРЬЯНА

(потрясена, близка к обмороку)

О, это ложь! Налгали,

налгали вам.

ПЕДРОСА

(глухим голосом, с нарастающей страстностью)

Хочу, чтоб ты моею

была... Моей! Ты слышишь?.. Или мертвой.

Меня всегда ты отвергала. Вспомни.

Теперь могу твою сдавить я шею

рукою сильной - хрупкой туберозе

она подобна... но я знаю, ты

меня полюбишь - жизнь тебе дарю я.

МАРЬЯНА

(с нежной мольбой, в порыве отчаяния обнимая Педросу)

О, сжальтесь надо мной! Когда б вы знали...

И дайте мне бежать... Я сохраню

в глазах моих о вас живую память...

Иль вам детей моих не жаль?

ПЕДРОСА

(страстно обнимает ее)

Ты знамя

не вышивала, милая Марьяна,

и ты свободна, да, я так хочу.

Марьяна, видя, что Педроса собирается поцеловать ее, с силой отталкивает его.

МАРЬЯНА

Нет. Никогда! По каплям кровь возьмите,

пусть лучше боль, но я останусь честной.

Подите прочь!

ПЕДРОСА

(стараясь убедить ее)

Марьяна!

МАРЬЯНА

Прочь отсюда!

ПЕДРОСА

(холодно и сдержанно)

Ну, хорошо! Так делу дам я ход.

Себя вы сами губите.

МАРЬЯНА

Что нужды!

Своими вышивала я руками

то знамя - вот, Педроса, эти руки.

Я знаю многих смелых кабальеро,

его поднять сбиравшихся в Гранаде,

но я не выдам имена их.

ПЕДРОСА

Силой

заставят вас. О, причиняют боль

недаром цепи тяжкие! К тому же

вы - женщина, а женщины всегда

себе верны. Когда сочтете нужным,

меня вы известите.

МАРЬЯНА

(решительно)

Подлый трус!

Хотя бы в сердце мне стекло вонзили,

ни слова не скажу.

Вот мой ответ,

Педроса.

ПЕДРОСА

Это мы еще посмотрим!

МАРЬЯНА

Клавела, канделябр!

Входит перепуганная Клавела, скрестив на груди руки.

ПЕДРОСА

Сеньора, я

вас арестую именем закона.

МАРЬЯНА

Да, именем закона, но какого?

ПЕДРОСА

(холодно и церемонно)

Покойной ночи.

(Уходит.)

КЛАВЕЛА

(в отчаянии)

Ах, сеньора! Детка,

цветочек мой, сокровище мое!

МАРЬЯНА

(полна тоски и ужаса)

Я, Исабель, должна уйти сейчас же.

Подай мне шаль.

КЛАВЕЛА

Скорей бежать вам надо.


0393976429580460.html
0394041964109561.html
    PR.RU™